И о русском языке мы должны помнить и гордиться им. Русский язык — это не только средство общения, это еще и хранилище духовной культуры, ее сгущение до алгебраической полноты. Сфера русского языка — это не только гигантский запас слов, но и богатство значений этих слов, обилие идиоматических выражений, выражений, возникших на литературной, церковной, философской, научной, фольклорной основе. Я обо всем этом говорю не из бахвальства. Нам необходимо, крайне необходимо, знать наши богатства, наши ценности, гордиться ими, чтобы лучше их сохранять, не стесняясь наших нынешних рубищ.
Итак, культура! Вот о чем мы должны прежде всего думать, заботясь о нашем будущем.

Достоинство наций мало отличается от достоинств отдельных людей. Мы уступаем дорогу женщинам, старикам, детям, больным. Так же точно в государственной жизни мы должны покровительствовать малочисленным народам, стремиться сохранить их культуру, самобытность, языки. Люди должны быть уступчивы как в своей частной жизни, так и в государственной, понимать нужды слабых или оторванных от своей основной родины, охранять слабых от притеснений «коренной народности».
Сейчас по всему миру идут, как лесные пожары в засушливое лето, вспышки грубой силы. Те, кого недавно еще притесняли, спешат сами сделаться притеснителями. Недавно притесняемые народы забыли, что такое быть «национальным меньшинством», и применяют все приемы былых угнетателей; браня «империалистов», учатся у них имперскому поведению.
Особенно страшны языковые притеснения, запрещения, диктаты. Язык — самое ценное, чем обладает народ, особенно малочисленный. Язык — выражение культуры народа, а не только средство общения.

Вообще, хорошее государство то, которое меньше всего вмешивается в частную жизнь, мало вмешивается в дела людей, охраняет их от преступников и делает это незаметно. Чем меньше в стране слышно о государстве, тем, значит, это государство сильнее и организованнее. Тем, следовательно, сильнее в стране уклад жизни. Уклад и традиции важнее законов и указов. «Незаметное государство» — примета культуры народа.

Как можно меньше «заборов», как можно более открытости в общении ученых, артистов, художников, писателей, коммерсантов, медиков! Государственный эгоизм — несчастье для людей.

Еще одно качество народа имеет первостепенное значение в нравственном авторитете народа и так же, как терпимость к другим нациям, воспитывается историей — доброта. Но может ли доброта быть качеством народа, а не просто отдельной личности? Доброта — это дар общения, это социальное чувство и при этом очень заразительное. Почувствовав счастье добродеяния, человеку уже трудно покинуть его, и он передает свои навыки доброты другим представителям народа. Доброта заразительна, как может быть заразительно веселье. Доброта связана с традицией. Вспомним в Древней Руси посещение тюрем на Пасху, а в остальное время — обязательная подача милостыни арестантам. Ведь в иных городах Руси даже в XIX веке арестанты целиком жили за счет подаяний. Доброту воспитывала входившая в церковный обычай подача милостыни нищим на паперти. О доброте и «нищелюбии»2 писалось и говорилось в церковных поучениях.

Насмешка над добротой («добренький») — зломыслие. Конечно, злости было в русской жизни сверхдостаточно, по преимуществу в годы одичания нации, в годы восторга перед силой и военной мощью. Она кажется удобной для воспитания воинственности, но на самом деле ведет к потере мужества, так как злость — это и эгоизм, в ней не может быть основы для самопожертвования, которого в первую очередь требует мужество.

Много ли народов добрых? Да все, если их не принуждают к обратному власть предержащие.

Чем выше нация, тем меньше она боится других наций, их «засилия».

Чтобы нация сохранялась, ей необходимо развивать свою культуру.

Сила России всегда была в том, что она всегда гордилась своей многонародностью. Каким успехом пользовались в XVIII веке статуэтки, изображающие представителей разных народов! Русский маскарадный костюм — это прежде всего костюмы народов России. Русская кухня — блюда различных народов России. Парадное окружение царя — в костюмах и мундирах различных народностей. И глубоко ошибется тот, кто подумает, что это разнообразие в платьях должно выражать силу России и покорность ей других народов. Просто красиво! Красиво же потому, что разнообразно, многоцветно, богато. И самые знатные господа и дамы стремились позаимствовать какие-нибудь национальные мотивы.

Возмутительно отношение к «национальным меньшинствам» в новых государствах. И это у народов, претендующих на культурность и кичащихся своей культурой, своими традициями! Но я утверждаю с полной ответственностью: они не знают и игнорируют собственную историю, если не осознают, сколь много они получили от своих соседей, без которых просто не могли бы существовать и развиваться, создавать свою культуру.

Подобно тому, как Римская империя подготовила распространение единой христианской культуры многих народов на всей территории Европы, Россия в меньшем масштабе объединила культуры многих народов на Востоке Европы. При этом Российское государство всегда само было многонациональным по составу своих государственных деятелей, и русское население подавлялось в нем не менее жестоко, чем польское, латышское, узбекское, еврейское.

И при всем том у нас общие святыни и общие культурные завоевания. Ни украинская, ни русская, ни грузинская, армянская, татарская культуры не могут быть ограничены своими государственными границами. И то, что называется «советской властью», не является только русским явлением. В терроре принимали участие все народы; все народы были в той или иной степени в числе угнетателей и угнетенных, были палачами и их жертвами. К этому необходимо только приглядеться. Теперь, когда Россия становится в национальном отношении более однородной (хотя полностью она однородной никогда не будет, и это к счастью), следует подумать о том, чтобы дать возможность развиться лучшим чертам остающихся десятков российских народностей, используя в полную мощь общечеловеческую направленность в первую очередь русского народа.

Делить территорию России так, как ее делят сейчас вновь организовавшиеся «независимые государства», можно, только выключив память: культурную память, историческую память, да и память родины — независимо от того, как оценивать эту родину. Может быть, она была для многих мачехой, а не матерью, но она все же была.

Лежат русские кости на Кавказе, лежат на Балканах и на Карпатах, на Алеутских островах и во многих местах Америки до Калифорнии. Почему они там лежат и кто погнал русских на восток, юг, запад и север — это другой вопрос, но те, чьи кости белеют по всему полушарию, думали, что они совершают для России благое дело. Да и совершили же: освободили румын, болгар и сербов от турецкого ига, дали финнам и прибалтам говорить на своем языке и даже писали грамматики.

Русские востоковеды изучали языки угро-финские, тюркские, иранские, монгольские, китайские, японский, арабский, индийские. Занимали ведущее место в изучении Византии, переводили Коран и Талмуд. Да мало ли забытых заслуг у Императорской академии наук.